Репетиция

Музыка (включить сопровождение) Garota de Ipanema — Девушка из Ипанемы

Эта история произошла несколько лет тому назад. Я приехал в Америку, чтобы устроиться на работу программистом в одну компанию, которую нашел через интернет. Но пока добирался на своем стареньком Шевроле из Торонто в Нью-Йорк, компания-работадатель успела разориться и мне пришлось пересмотреть свои профессиональные планы. Жизнь в Америке очень скоротечна.

Несколько дней подряд я шатался по улицам Нью-Йорка, не зная чем заняться и аккуратно щелкал семечки, которые незаметно для окружающих доставал из бокового кармана костюма, купленного специально для интервью. Самое трудное в этом деле — как интеллигентно освобождаться от шелухи. На это требуется определенная сноровка.

Как-то проходя мимо магазина мягкой игрушки, я увидел большого светло-бежевого мишку на витрине и тогда меня, вдруг, осенила идея открыть свой театр в стиле Фанта и фантазировать точно так же, как я делаю это в Торонто.

Накупив мягких игрушек, бархатную портьеру и придя домой, я быстренько сделал из комнаты, в которой остановился, самодельную сцену и зал для зрителей, поставив несколько стульев в ряд. В квартире был старенький кабинетный рояль черного цвета производства фирмы Блютнер. Я выкатил его на воображаемую сцену и установил по бокам две лампы в качестве подсветки. Комната сразу ожила и у меня включилось творческое настроение.

Сев за рояль, я стал ипровизировть, вспоминая давно забытые мелодии. Однако, вскоре мое занятие прервал стук в дверь...

Интересно, кто бы это мог быть? Я встал, подошел к двери и отворил. На пороге стояла высокая молодая женщина с длинными вьющимися волосами. На ней был бордовый шерстяной свитер, серые брюки клешь и светло-коричневые ботинки старого образца.

Привет, — сказала она с характерным американским акцентом. Я живу этажем выше. Она указала жестом наверх. В этой квартире давно никто не живет. Я услышала музыку и решила посмотреть, кто бы мог тут поселиться.

Из вежливости я пригласил соседку зайти в квартиру. На что она охотно согласилась и прошла в комнату. Увидев необычную обстановку, моя гостья заметно оживилась. Я пояснил, что играю сам с собой в театр одного актера. Искренне удивившись, она стала рассказывать, что в этой квартире действительно когда-то жили актеры, которые устраивали домашний театр и она сама иногда участвовала в их постановках.

— Меня зовут Флоренция — она дружески протянула мне руку.

— Меня Антонио, — я пожал ее руку. Рука ее была слегка холодной.

Флоренция уверенно подошла к кладовке и, открыв дверь, с шумом вытащила оттуда высокий стул, поставила его рядом со сценой и забралась на него с ногами. Сыграй еще что-нибудь, вежливо попросила она.

Я сел за рояль и стал играть сонату Бетховена.

— Откуда ты прикатил? — спросила она небрежно.

— Из Торонто. Хотел найти работу, да не вышло. Мои пальцы продолжали движение по клавиатуре.

— Ты куришь?

— Нет, а ты?

— Иногда, когда читаю интересную книгу или смотрю сногшибательный фильм.

— Хочешь кофе?

— Нет, спасибо, я только что поужинала. Хочешь, вместе сыграем какую-нибудь сцену?

Я снял руки с клавиатуры, музыка прекратилась.

— С удовольствием, согласился я, скрывая свое удивление.

После небольшой паузы, я стал говорить как-бы размышляя вслух, глядя на клавиатуру рояля и наигрывая правой рукой простенькие мелодии в такт своим мыслям, наклонившись при этом немного вперед, оперевшись локтем левой руки о корпус рояля и подперев голову рукой:

— Флоренция, мне на ум сразу приходит такой сценарий: мы живем с тобой уже давно вместе как любовники... Нет, нет, постой, мы с тобой бывшие муж и жена, которые случайно встретились здесь. Нет, это тоже не то. Лучше так. Я режиссер театра, ты актриса и у нас возникает роман, или так: ты студентка, я преподаватель, или, наоборот, ты преподаватель, я студент, или один из нас псих, а другой психотерапевт, — и далее я стал путаться в своих «сногшибательных» идеях, сопровождаемых хроматическими секвенциями.

— Давай ты будешь моим психотерапевтом — медленно согласилась она, видя что я смутился.

— Годится — ответил я с радостью.

Затем я поставил руки на колени, выдохнул воздух, бегло посмотрел по сторонам и, встав, подошел к ближайшей стене. Нагнувшись, поднял с пола черную роговую оправу без стекол и, нацепив очки на нос, спросил ее:

— Флоренция, что привело вас ко мне в столь поздний час? Что вас беспокоит?

— Вы знаете, профессор, — она почесала плечо, посмотрела в сторону и, подложив руку под голову, продолжила, — после того как я позанимаюсь любовью, мне почему-то всегда очень хочется есть. У меня резко повышается аппетит. Причем, меня тянет исключительно на апельсины. Что вы скажете на это?

— Вот как... К сожалению, в данный момент в нашей клинике нет апельсинов. Но зато в холодильнике, которого тоже нет, есть яблоки. Теперь, представьте, что я достаю из воображаемого холодильника упаковку яблок и раскладываю их на этих стульях перед вами. (Тем временем, проходя вдоль рядов со стульями, и, войдя в роль, я по ходу движения показывал жестом на воображаемые фрукты). Пусть на каждом стуле будет по одному яблоку и пусть они символически играют роль ваших любимых апельсинов.

Наступила тишина. Флоренция стала пристально смотреть на стулья и сосредоточенно думать о чем-то. Мне показалось, что на ее глазах выступили слезы. Она как-будто попыталась скрыть свои чувства и философски промолвила: Яблок так много, им так трудно быть яблоками, но еще труднее быть апельсинами в этой жизни...

Ее реакция слегка озадачила меня и я спросил: Ты играешь или действительно чем-то расстроена?

Играю, — ответила она и лицо ее сделалось скучным. Давай теперь ты будешь пациентом, а я твоим психотерапевтом. Она деловито кашлянула, прикрыв рот ладонью.

— Окей.

Я сел на стул в первом ряду и стал делать вид что верчу в руке яблоко, рассматривая его в качестве апельсина.

— Вы знаете доктор, я думаю, у большинства мужчин, после того как они поедят яблок, возникает желание заняться любовью с красивыми женщинами, которые любят апельсины. У меня почему-то не всегда возникает такое желание. И я не знаю насколько это нормально.

На что мой терапевт, слегка прищурив глаза и повернув голову чуть в сторону, отреагировала с удивлением, продолжая пристально смотреть в мою сторону:

— В самом деле?

Не дождавшись ответа, она не спеша слезла со стула и по очереди щелкнула выключателями прожекторов освещающих сцену. В комнате стало темно. За темнотой последовала тишина.

Когда глаза постепенно привыкли к темноте, благодаря свету уличных фонарей за окном, который немного освещал комнату, появилась вначале видимость силуэтов и потом стало видно хорошо.

Флоренция опять сидела на высоком стуле. Мягким, деликатным голосом она спросила:

— Так лучше?

— Да.

Помолчав немного, я добавил:

— Мы как-будто продвинулись вперед. Мне нравится эта умиротворяющая обстановка в комнате и этот легкий шум города за окном.

— Мне тоже. Играем дальше?

Я утвердительно покачал головой.

— Когда-то давно мы были парой. С тех пор прошло много времени и теперь мы встретились. Скажи честно, зачем ты приехал?

— Наверно, чтобы стать апельсином.

— Быть яблоком не интересно или не получается?

— Это уже вопрос не терапевта.

— Терапевты спят. Ведь ты знаешь что я замужем, чего ты хочешь от меня?

— Я не знаю как ответить. Первый ответ: Тебя. Второй: Ничего не хочу.

— И то и другое верно?

— Пожалуй, да. Ты моя муза, мое творческое вдохновение, на большее я и не расчитываю и вообще романтическая любовь меня мало интересует. Хочется чего-то другого, более глубокого.

— Что ты имеешь ввиду?

— Наверно, я ищу в жизни что-то вроде микса христианской любви, вдохновения и настоящего искусства. Мне хочется создать что-то такое, чтобы понять что такое Мужчина и Женщина в мироздании через красоту и любовь, постичь тайну Эдема и понять что такое человеческая фантазия и каковы ее возможности. Еще я хочу стать простым человеком. Быть сложным легче чем быть простым. Это издержки цивилизации. И наверно я бы хотел, чтобы ты иногда играла в моих фантазиях роль актрисы-путеводителя, которая помогает двигаться в этом направлении.

На слове «фантазия», театральная игра воображения неожиданно закончилась. Вспомнив, что уже целый час общаюсь с воображаемым собеседником, я снова сел за рояль и стал наигрывать босса-нову «The Shadow of Your Smile — Тень твоей улыбки». Я настолько увлекся, что не заметил как быстро пролетело время. Однако, у меня осталось реальное ощущение, как-будто я получил реальный опыт в результате фант-общения с одной из моих любимых актрис.